Благодаря интернету Ирина сама нашла транспорт больных, оснащенный кислородом, и из Сысерти они вернулись на «двадцатки».

– Папа обрадовался, что приехали в его родную больницу, где он работал и знал многих сотрудников, сразу успокоился. Сначала нас не хотели принимать, а просто пригласили по телефону. Нас стали уговаривать, что мы готовы платить все что угодно. Папа врет, мама плачет, уговаривая главврача.

В итоге Николая Егоровича все-таки определили на платную службу. Лечение началось.

– Первые два дня папа чувствовал себя хорошо, вставал, ходил и с 14-й номер полностью развалился. Выхаживали, кормили с ложечки, помогали переодевать, – рассказывает Ирина. – Мама постоянно была с ним, я приходил. Рано утром 15 августа вошел наш врач, заведующий отделением. Я видел, что моему отцу стало хуже. Она сказала: «Вам нужно срочно покинуть комнату». Мы не понимали. Как освободить? Или? Она ответила: «Дома мы ему помочь не можем, у него рак с метастазами.

Source

ЧИТАТЬ   Генеральный директор Blockchain.com говорит, что дефолт по долгу США поначалу ударит по криптовалюте

От admin