Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

ДелитьсяДелиться

В Эрмитаже открылась Галерея графики — несколько залов на третьем этаже, где когда-то стояли картины импрессионистов. Выставка не будет постоянной: долго выставлять графику нельзя, свет ей вреден. Поэтому экспонаты будут меняться каждые несколько месяцев. Первая — «Гравюры и рисунки: диалог искусств от Дюрера до Гойи».

Всего в собрании Эрмитажа насчитывается более 600 000 гравюр и рисунков европейских мастеров, в том числе «именников» XV-XX вв. Собственно, с них и начинали: сейчас в графической галерее можно прогуляться и посмотреть на работы Дюрера, Пармиджанино, Гольциуса, Рубенса, Рембрандта, Гойи и многих других — всего более 100 листов.

ДелитьсяДелиться

Интересным образом выбран ракурс выставки: художники сравниваются как рисовальщики и граверы, показывают, как менялось их письмо и, если есть подготовительные рисунки к конкретным гравюрам, сравнивают первоначальный замысел и результат. Это позволяет проследить не только то, как меняется жесткость линий, контрастность света и теней, но и то, как те или иные детали могут «переезжать» из одной работы в другую.

Художников тоже сравнивают друг с другом, и в то же время они прослеживают техническую эволюцию искусства. Например, Альбрехт Дюрер, сын ювелира, обладал всеми навыками гравировки на меди, что было для его коллег трудным делом.

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

ДелитьсяДелиться

С изобретением гравюры (где изображение создается путем соскребания иголкой кислотоупорного лака и вытравливания полученных линий) этот вид искусства стал более доступным. Одним из первых, прославившихся под новым руководством, был Пармиджанино, художник, во многом противоположный Дюреру.

ЧИТАТЬ   Как изменится жизнь россиян в мае

«В ней нет охотничьих линий, все закручено, непонятно и скорее атмосферно, чем шаблонно, как у Дюрера», — говорит Василий Успенский, один из кураторов выставки, научный сотрудник Отдела изобразительных искусств «Западная Европа». – Оно также идет от эстетики Пармиджанино, художника эпохи маньеризма, ценившего уже нечто причудливое, но оригинальное, а не идеальное, к чему стремился Ренессанс. А еще, пожалуй, неумение работать с профессиональной гравировкой. В то же время неспособность оказалась хорошей, потому что получилась очень живой, трепетной, как рисунок.

Оба направления обрели последователей.

«Пармиджанино стал родоначальником традиции такого травления, которое было у Рембрандта, Тьеполо, — продолжает Успенский. — А были художники, которые пошли по стопам Дюрера, например, Гольциус. Как все совершенно и законченно в его гравюре — и как иначе в рисунке! Его рисунок гораздо живее, мягче, человечнее. Потому что они создавались для разных аудиторий: гравюра ориентирована на широкую аудиторию, она «экстравертна», а рисунок «интровертирован», он предназначен для художника и его мастерской, зачастую его не видит никто, кроме автора. Это такая творческая лаборатория».

Не все выдающиеся художники, имена которых сохранились в антологии мировой живописи, сами переводили свои произведения в гравюру. Так, например, Рубенс доверил эту работу своей мастерской и работавшим там профессионалам. Они переносили изображения с картин на подготовительные рисунки, а по ним делали гравюры — и Рубенс мог что-то добавить. Но, например, Рембрандт был настолько уверен в себе как гравер, что, напротив, почти не нуждался в подготовительных рисунках — он сам наносил рисунок прямо на гравировальную доску. Эскизы появляются лишь изредка — когда, например, Рембрандт увидел верблюда и решил его нарисовать. Эскиз представлен на выставке вместе с самой известной гравюрой художника — «Христос, исцеляющий больных» (или «Сто гульденов»).

ЧИТАТЬ   Как импортировать свои пароли в Chrome и Google Password Manager

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

ДелитьсяДелиться

«Зачем художникам понадобилась гравюра? Василий Успенский задает вопрос. – До изобретения фотографии гравюра была единственной техникой обращения, и через нее было легче узнать о произведении, о стиле, о пути, о руке художника. Потому что она была везде, а уникальные произведения — рисунок, картина — где-то в одном месте. И никаких репродукций, кроме гравюр, не было. И поэтому важно было передать гравюру так, чтобы она адекватно передала стиль, эстетику художника.

Выставка состоит из нескольких разделов. Граверы-рисовальщики (два зала), секция подготовительного рисунка «От рисунка к гравюре», искусство подражания (как гравюра имитировала рисунок) и «От гравюры к рисунку».

Среди необычных экспонатов — портреты Питера Брейгеля Младшего, выполненные Антонисом ван Дейком: здесь гравюра менее вычурна, чем исходный рисунок — вероятно, мастер обратил внимание на красоту незавершенности.

Scherzi di Fantazia венецианского живописца Джованни Баттиста Тьеполо — еще один блок образов, сюжет которых не поддается интерпретации (но так и задумано).

ДелитьсяДелиться

«Здесь мы видим загадочные фигуры — то ли маги, то ли колдуны, то ли раввины, то ли ветхозаветные персонажи, явно восточные, идущие по таинственному ландшафту руин, наполненному оживающими статуями, змеями, черепами, совами — они кажутся чем-то, чем они везде искать, вглядываться, выпытывать — но что? мы не знаем».

Альбом содержит 16 листов и титульный, художник оставил его пустым при жизни. Однако изображенные персонажи были очень важны для Тьеполо. Если изучить творчество венецианца, то окажется, что такие фигуры на различных его картинах находятся где-то на втором плане. Здесь он не был связан требованиями клиента и показал то, что хотел.

ЧИТАТЬ   В результате взрыва в Луганске пострадал и.о. главы МВД ЛНР

«Его пригласил друг, меценат, художник-любитель попробовать что-нибудь в гравюре, — рассказывает Василий Успенский. «Тогда в моде была гравировка — как и сейчас во всех НФТ — и он попробовал: сделал эту серию и еще одну, для избранного круга инсайдеров».

Еще одна «модная» тема, которая перекликается с сегодняшним днем, — раскрашивание.

В одном из залов выставки, где речь идет о случаях, когда гравюра имитировала рисунок, можно увидеть цветные гравюры Дюрера — этого требовали глаза современников, привыкших к цветному изображению на книжных миниатюрах. Однако мастерство этого художника заставило их задуматься о внутренней ценности гравюры в ее первоначальном виде.

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

ДелитьсяДелиться

Еще одна необычная попытка художников показать рисунок гравюрой, приближая зрителя к «закулисью» рабочего процесса, — это рембрандтовская писанина, где на листе появлялось сразу несколько «набросков», как на полях школьная тетрадь.

И, наконец, были цветовые имитации: разработали особую технику, имитирующую охристыми мазками сангвиника, — толстым карандашом из белой глины, железоокисных пигментов и растительного клея.

До 8 октября увидеть эти «гравюрные приключения», этапы разработки и стилистические имитации можно в Эрмитаже.

Алина Циопа, Фонтанка.ру

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

Фото: Михаил Огнев/Фонтанка.ру

Source

От admin